Крауд-перевод книги “Мир после капитала” Альберта Венгера. Часть 1: Закладывая основы

Крауд-перевод книги “Мир после капитала” Альберта Венгера. Часть 1: Закладывая основы

Этот перевод делает сообщество энтузиастов совершенно бесплатно. Автор знает об этой инициативе. Перевод распространяется по лицензии Creative Commons BY-NC-SA 4.0 как и оригинал книги. Так как Альберт продолжает обновлять и дополнять книгу, рядом с каждой частью мы даём ссылку на исходную главу, имя автора перевода и дату, чтобы точно знать, чей перевод и какой версии мы читаем. 

Часть 1: Закладывая основы

Источник: https://worldaftercapital.gitbook.io/worldaftercapital/part-one
Перевод: Кристина Роппельт, 17 сентября 2020

В более ранней версии этой книги я освещал влияние цифровых технологий, не давая никаких философских пояснений той ситуации, в которой мы сейчас оказались. В итоге у меня получилось буквально построить небоскрёб, но без прочного фундамента такая наскоро возведенная высотка была полностью обречена. 

С учетом того, что цифровые технологии настолько радикально расширяют наши возможности и потенциал, нам требуется однозначно определить базовые принципы, если мы хотим избежать неверных интерпретаций текущих трендов и событий. Эти принципы позволят нам по-настоящему исследовать это новое “пространство возможного” и его плоды, вместо того чтобы ограничивать технологии рамками нашего текущего экономического и социального уклада.  

Ниже вы увидите попытку заложить твёрдый фундамент под новое здание будущего. И фундамент этот будет состоять из вполне определенного набора ценностей. Я начинаю с определения того, что такое “знания” — термина, который я часто использую, но делаю это в несколько другом значении. Затем я объясняю, как связаны знания и оптимизм, а также поясняю, насколько сильно наши выборы влияют на наше будущее. Далее я стартую полемику о том, почему существование знаний закладывает объективную основу для гуманизма, а это, в свою очередь, отличает его от других религиозных и философских нарративов. Большое влияние на мои размышления здесь оказали труды Дэвида Дойча и, в особенности, его книга “Начало бесконечности” [David Deutsch, 2011: The Beginning of Infinity], которая исследует историю, философию и силу такого явления как “объяснения”. 

Затем я ввожу определение дефицита, которое будет опираться на человеческие нужды, нежели на деньги или цены. Я использую это определение, чтобы показать, как технологии сместили дефициты в историческом масштабе, что привело к значительным изменениям в нашем текущем образе жизни. Во всех остальных частях книги я разворачиваю план наступления.

Знания

Источник: https://worldaftercapital.gitbook.io/worldaftercapital/part-one/knowledge
Перевод: Кристина Роппельт, 25 сентября 2020

Знания, в том смысле, в котором я использую это слово, — это информация, которую человечество записало на носителе и улучшило с течением времени. В этом определении обе части критически важны. Первая — “записанная на носителе” означает, что информация может передаваться во времени и пространстве. Вторая — “улучшенная с течением времени” отличает знания от просто информации. 

Беседа, произошедшая несколько лет назад, не может считаться знанием, так как она недоступна тем, кто в ней не участвовал. Да и мои личные воспоминания о ней со временем потускнеют. Однако если я запишу свои выводы о прошедшей беседе, и опубликую их в своем блоге, я потенциально внесу вклад в объем знаний человечества. Моя запись в блоге будет доступна другим людям во времени и пространстве, а некоторые записи могут даже внести значительный вклад в общее знание. Другой пример — это ДНК. ДНК наших клеток не есть знание, согласно моему определению. А вот записанная последовательность генома может быть сохранена, переслана и проанализирована. Последовательность генома может оказаться медицински значимой, как это, например, произошло с мутацией генов восприимчивости к раку молочной железы, которые увеличивают риск рака груди. Они стали частью знаний человечества. 

Я сознательно определил знания так широко, и включил в них не только знания науки и техники, но и искусство, музыку и литературу. Но в знания я не включаю то, что является эфемерным и то, что невозможно улучшить. Современные компьютеры производят массу записанной информации, которая впоследствии не анализируется. Причины, по которым я привел именно такое определение знаний, станут понятны как только я начну использовать этот термин далее в последующих главах этой книги.

Оптимизм

Источник: https://worldaftercapital.gitbook.io/worldaftercapital/part-one/optimism
Перевод: Кристина Роппельт и Андрей Дунаев, 25 сентября 2020

Когда я только завёл свой блог около 10 лет назад, я себя называл “техно оптимистом”. Тогда я написал: 

“Я вдохновлен возможностью жить в эпоху, когда мы совершаем колоссальный прогресс в области понимания старения, борьбы с раком, развитии чистых технологий, и многого-многого другого. Не нужно считать при этом, что я автоматически наделяю технологии возможностью решить все наши проблемы […]. Вместо этого, я полагаю, что со временем мы как общество научимся применять технологии […] для повышения нашего уровня жизни. Я, например, счастлив, […] что не живу в Средние века.

Эта книга по своей сути оптимистична, что частично является отражением моей личности. Я не представляю, как можно стать венчурным капиталистом, будучи пессимистом. Пессимист каждый раз фокусировался бы на причинах, почему этот конкретный стартап провалится и в результате, никогда бы ни во что не вкладывался. 

Я хочу с самого начала разобраться с этим очевидным предубеждением. Однако оптимизм — это нечто большее, чем просто персональное предубеждение. Это необходимая характеристика человеческого знания. Акт создания знаний, такой как изобретение новой технологии, или написание новой песни, является глубоко оптимистичным действием. Создание знаний предполагает, что проблемы могут быть решены, а искусство сможет повлиять на публику (и это справедливо даже для пессимистичной песни). Оптимизм — это такое отношение, которое предполагает, что прогресс возможен. 

Прогресс стал очень перегруженным термином. Более того, не несут ли именно люди, несмотря на все технологические достижения, ответственность за множество пороков цивилизации, за истребление бесконечного числа видов живых существ и, возможно, за свое собственное исчезновение из-за изменения климата? Без сомнения, мы сами были причиной бесконечных страданий на протяжении всей человеческой истории, и мы на текущий момент сталкиваемся с огромными проблемами, включая глобальную пандемию и разворачивающийся климатический кризис? Но что могло бы альтернативным способом справиться со всем этим?

Прелесть проблем заключается в том, что знания могут помочь нам преодолеть их. Представьте себе задачу согреться при холодной погоде. Человечество придумало, как можно добывать огонь, в какой-то момент времени, зафиксировало эти способы, и с тех пор значительно улучшило способы получения тепла. Мы можем воспринимать это знание как данность, но им не обладает ни один другой вид. А это значит, что для них решение данной задачи зависит во многом от удачи или обстоятельств. Так что не только оптимизм является обязательным условием существования знания, но и существование знания является основой оптимизма.

Существует радикальная позиция, которая предполагает, что нам было бы лучше, если бы мы никогда не развивали знания [Fox News, 2013: Was the Unabomber Correct?]. Хотя это может показаться абсурдным, большая часть религиозной эсхатологии (теологии о «конце времен») и апокалиптического мышления является аналогом этой позиции, утверждающей, что великая расплата неизбежна. И хотя они редки, были голоса, приветствующие пандемию COVID19 и климатический кризис как предвестники если не апокалипсиса, то, по крайней мере, большой «перезагрузки». Хотя нет никакой гарантии, что все будущие проблемы будут решены с помощью знаний, одно можно сказать наверняка: предположение, что проблемы не могут быть решены, гарантирует, что они и не будут решены. Пессимизм обречен на провал, и апокалиптические убеждения могут быть самореализующимися.

Все это верно и для цифровых технологий, которые уже принесли с собой новый набор проблем. В этой книге мы встретимся со многими из них, в том числе с огромными стимулами для таких компаний, как Facebook, привлекать как можно больше внимания, а также с конфликтами, возникающими в результате воздействия контента, противоречащего вашим культурным или религиозным убеждениям. И все же, цифровые технологии также позволяют достичь поразительных успехов, например, в диагностике болезней с нулевыми предельными затратами. “Мир после капитала” с оптимизмом смотрит на то, что мы можем решить не только проблемы цифровых технологий, но и применять цифровые технологии таким образом, чтобы добиться значительного прогресса, включая создание знаний, необходимых для преодоления климатического кризиса.

Выбор

Источник: https://worldaftercapital.gitbook.io/worldaftercapital/part-one/choices
Перевод: Анастасия Тоток, 28 сентября 2020

Верить в потенциал прогресса — не значит быть Поллианной, и важно помнить, что прогресс не является неизбежным результатом технологий. Вопреки утверждениям, сделанным пишущим о технологиях Кевином Келли в его книге «Что хочет технология», технологии не хотят лучшего мира для человечества; они просто делают возможным такой мир.

Экономика ничего не «хочет»; например, ничто в экономической теории не говорит о том, что новая технология не может ухудшить положение людей. Экономика дает нам инструменты, которые мы можем использовать для анализа рынков и разработки регуляций для устранения их недостатков, но нам по-прежнему необходимо делать выбор в отношении того, чего мы хотим, чтобы рынки и регуляции работали.

И вопреки тому, что думал Карл Маркс, история ничего «не хочет». Не существует детерминированного механизма, с помощью которого конфликты между трудом и капиталом разрешаются в пользу бесклассового общества. Нет, как сказал бы политэкономист Фрэнсис Фукуяма, «конца истории», окончательной социальной, экономической и политической системы. История не делает свой собственный выбор; это результат человеческого выбора, и мы будем делать новые выборы, пока мы продолжаем осуществлять технический прогресс.

Мы всегда были обязаны делать выбор в отношении того, в каком из миров, ставших возможными благодаря новым технологиям, мы хотим жить. Некоторые из этих решений необходимо делать коллективно (в форме регулирования), а некоторые — индивидуально. (требующие саморегулирования). И выбор, с которым мы сталкиваемся сегодня, особенно важен, потому что цифровые технологии настолько резко увеличивают «пространство возможного», что включают в себя потенциал для машин, которые обладают знаниями и в конечном итоге захотят сделать свой собственный выбор.


Регулирование

Источник: https://worldaftercapital.gitbook.io/worldaftercapital/part-one/choices#regulation
Перевод: Анастасия Тоток, 28 сентября 2020

Люди, создающие или финансирующие цифровые технологии, как правило, оптимисты и верят в прогресс (хотя есть и несколько оппортунистов). Многие из этих оптимистов также верят в необходимость регулирования, в то время как другая группа придерживается явно либертарианских взглядов и предпочла бы, чтобы правительства не вмешивались. Для них регулирование противостоит прогрессу. Споры между этими двумя группами часто бывают ожесточенными, что прискорбно, потому что история технологий ясно демонстрирует как преимущества хорошего, так и опасности плохого регулирования. Таким образом, нашу энергию лучше потратить на выяснение правильного типа регулирования, а также на участие в процессах, необходимых для его обеспечения и пересмотра.

Здесь поучительна история регулирования автомобильной техники. Большая часть мира в настоящее время передвигается на автомобилях. Автомобиль был важным технологическим новшеством, поскольку он значительно повысил индивидуальную мобильность, но его широкое распространение было бы невозможно без регулирования. Нам нужно было построить дороги и договориться о том, как их следует использовать, и ни то, ни другое нельзя было сделать, основываясь исключительно на индивидуальном выборе. Дороги являются примером естественной монополии: множественные разрозненные дорожные сети или разные наборы правил были бы чрезвычайно проблематичными — представьте, что произойдет, если одни люди будут двигаться по левой стороне дороги, а другие — по правой. Естественные монополии являются примерами сбоев рынка, которые требуют регулирования, а социальные нормы — еще одна форма регулирования. Автомобиль получил бы менее широкое распространение в качестве индивидуального транспорта, если бы, например, не изменились социальные нормы, которые сделали бы его приемлемым для женщин.

Конечно, не все правила хороши; фактически, самое раннее регулирование автомобильных транспортных средств было направлено на отсрочку их принятия за счет ограничения их скорости. В некоторых случаях требовалось, чтобы перед ними кто-то нес флаг [Wikipedia, 2017: Red flag traffic laws]. Точно так же не всякое регулирование цифровых технологий будет выгодным. Многие из них изначально будут нацелены на защиту статус-кво и помощь уже существующим предприятиям, в том числе новым игрокам; недавние изменения правил сетевого нейтралитета являются хорошим примером этого [The New York Times, 2017: F.C.C. Chairman Pushes Sweeping Changes to Net Neutrality Rules].

Мои предложения по регулированию, которые я представлю позже в книге, направлены на поощрение инноваций путем предоставления людям большей экономической свободы и лучшего доступа к информации. Эти правила, которые мы должны принять коллективно, представляют собой большой отход от статус-кво и программ официальных партий здесь, в Соединенных Штатах, и в большинстве других стран. Их цель — позволить нам исследовать пространство возможностей, созданных цифровыми технологиями, чтобы мы могли перейти от Индустриального века к веку Знаний.

Саморегуляция 

Источник: https://worldaftercapital.gitbook.io/worldaftercapital/part-one/choices#self-regulation
Перевод: Анастасии Тоток, 28 сентября 2020

Другой набор выборов связан с тем, как мы индивидуально реагируем на массовое ускорение распространения информации и создания знаний, которое делает возможным цифровая технология. Это не правила, которые общество может навязать, потому что они связаны с нашим внутренним ментальным состоянием — это изменения, которые мы должны сделать для себя. Например, есть много людей, которых оскорбляет контент, с которым они сталкиваются в Интернете, от видео на YouTube до комментариев в Twitter. Другие люди попадают в ловушку «пузырей фильтров», которые распространяют алгоритмически подобранную информацию, которая только подтверждает их существующие предубеждения, в то время как другие тратят все свое время на обновление своих лент Instagram или Facebook. Несмотря на то, что некоторые правила могут помочь, как и большинство технологий, преодоление этих проблем требует от нас изменения того, как мы реагируем на информацию.

Изменить наши реакции можно через саморегуляцию, под которой я подразумеваю тренировки, которые повышают нашу способность использовать нашу рациональность. От стоицизма в Древней Греции до восточных религий, таких как индуизм и буддизм, у людей есть давние традиции практик, направленных на управление нашими непосредственными эмоциональными реакциями. Эти практики внимательности соответствуют тому, что мы узнали совсем недавно о работе человеческого мозга. Если мы хотим в полной мере использовать преимущества цифровых технологий, нам нужно выяснить, как сохранить наши способности критического мышления и творчества.

То, что я сказал до сих пор об оптимизме и выборе, можно подвергнуть критике как привилегированную точку зрения белого американского венчурного капиталиста мужского пола. Может показаться, что я навязываю свое мнение другим. Однако в следующем разделе мы покажем, что объективная основа для этой точки зрения применима ко всему человечеству. 

Предыдущие части книги: введение часть 1 и часть 2

Подпишитесь на статьи от Школы M-A-C-S

Неправильный формат